Логотип
Размер шрифта:
Шрифт:
Цвет:
Изображения:
05.12.2009

Заметки по следам обсуждения языка русской Церкви

Заметки по следам обсуждения языка русской Церкви на филологическом факультете 24 окт. 2005 г. 
(«Беседы любителей русского слова: православное духовенство о языке»)

Во-первых, поблагодарив организаторов Круглого стола за возможность поразмышлять на эти темы, хочется отметить, что те, кто намеревается менять что-либо в исторически сложившейся языковой ситуации, должны очень хорошо представлять себе ее особенности. Никем из выступавших не была упомянута важная работа, без которой осмысление взаимодействия и влияния на сознание русских людей русского (разговорного) и церковно-славянского (книжного, культового) языков будет неполным. Речь идет о книге известного лингвиста, представителя лотмановской школы семиотики Б.А. Успенского «Краткий очерк истории русского литературного языка (XI – XIX вв.)», где автор обращает наше внимание на то, что в Древней Руси вплоть до петровских реформ, коснувшихся и языка, существовала ситуация не двуязычия, а диглоссии, которая представляет собой «такой способ сосуществования двух языковых систем в рамках одного языкового коллектива, когда функции этих двух систем находятся в дополнительном распределении, соответствуя функциям одного языка(подчеркнуто мною – Ю.Б.) в обычной (недиглоссийной) ситуации». Т.е. для двух языков были распределены сферы употребления. «Из этого не следует, что одно содержание нельзя выразить на том и на другом языке; однако в этих условиях невозможно функционирование соотносящихся друг с другом параллельных текстов с одним и тем же содержанием – коль скоро некоторое содержание получает языковое выражение, т.е. выражено на одном языке, оно в принципе не может быть выражено на другом». Думается, эта ситуация, сохранявшаяся, хотя бы частично, вплоть до ХХ века, не могла не сформировать сознание нации, существующей и поныне, пусть и прошедшей сквозь горнило всевозможных экспериментов над ней; таким образом, любая реформа в сфере функционирования языка должна будет ломать в той или иной мере национальное сознание. Профессор кафедры русского языка филологического ф-та СПбГУ В.В. Колесов в своих работах, посвященных структуре и бытованию языка, отмечал, что язык есть инструмент познания мира, и упрощение инструмента ведет от более точных к более приблизительным результатам. Первым этапом такого упрощения была послереволюционная реформа языка, отменившая «для удобства» некоторые буквы алфавита и грамматические формы, что привело к неразличению ряда словоформ, сейчас мы можем стать свидетелями очередной вивисекции, польза которой сомнительна, т.к. духовная реальность не станет человеку ближе от популярного изложения, не надо строить иллюзий, для ее осмысления требуется долгий осознанный труд, и чем сложнее путь, тем глубже результат, а вот пагубные последствия от удаления огромного пласта именно русской культуры из жизни русского общества могут привести к его окончательному превращению в постсоветское.

 Кроме того, пишущего эти строки поразил тот факт, что собравшиеся представители духовных и научных кругов, не раз перечисляя сакральные языки, не упоминали и, думается, и не брали в расчет древнейший – санскрит, на котором написаны самые древние из известных на сегодняшний день священных книг – Веды, а также большое количество буддийской литературы. Это тем более удивительно, что эти книги являются священными для огромного числа обитателей нашей планеты (больше всех христиан вместе взятых), духовный опыт которых таким образом просто вычеркнули из рассмотрения. А, между прочим, санскрит, на котором не говорит ныне никто, тем не менее, повсеместно изучается в Индии, чтобы мыслить именно на нем, на нем же преподается в университетах, например, математика. Стоит над этим задуматься, почему индийцы не идут по пути упрощения и доступности. На примере санскрита, между тем, очень хорошо видно, насколько был важен именно звук, сочетание звуков, которые производили определенную работу в сознании для его «настройки» на высшие сферы. Трудно сказать, какой процент церковно-славянской лексики обладает подобным звуковым воздействием, но оно, несомненно, есть, так же как несомненен тот факт, что многие церковные тексты являются подлинными произведениями словесного искусства и как таковые обладают добавочным эмоциональным воздействием на души и сердца. Священные тексты, церковная служба, молитвы имели своей целью помочь человеку прийти в определенное состояние, а не просто разъяснить ему что-либо. Восторг невозможно понять, его можно испытать. Цитируя уже упомянутого В.В. Колесова, зададимся вопросом: «Говоря о Боге, представляем мы образ или понятие, понимаем в понятии или чувствуем в образе? («Жизнь происходит от слова…»)

 В обсуждении за круглым столом постоянно смешивались две функции церкви: практическая (помочь человеку приблизиться к Богу, научить его, как ощутить божественную любовь, дать испытать высший трепет) и образовательная (объяснить устройство мироздания и человека, универсальные, прежде всего этические, законы и т.п.). Для первой больше подходит красота (нужная форма, цвет, звук), а вместе с ней ритуал и ритуальный язык. Недаром при оформлении церквей продолжают использоваться формы, палитра, символика древнерусских икон. Ведь понимает же, а может быть, интуитивно чувствует заказчик-Церковь, что воздействие их на душу и разум иное, чем у произведений, созданных в манере современной живописи, утратившей сакральные знания. Для выполнения второй задачи нужен развитый, гибкий, общедоступный, оперирующий разной терминологией и понятиями различного уровня язык, чуткий к запросам времени – каковым для нас сегодня является русский, разговорный и письменный. При всех имеющихся недочетах церковно-славянской версии Священного писания многочисленные переводы Библии на русский язык воспринимаются скорее как комментарии к подлинному тексту, подспорье для понимания, а не как Божественное откровение (а местами просто удручает их художественная и филологическая бездарность, что не может не влиять на понимание предмета, ибо имя должно соответствовать вещи, т.е. реальности). Современный русский язык должен найти свою нишу в деле духовного воспитания, и таковою, с несомненностью, видится пастырское служение.

Eye просмотров: 200