"Давайте обратимся к тридцатым годам прошлого [XIX] столетия и еще дальше. Многое из того времени затронет струны наших душ: благородный расцвет в эпоху Александра I, истинно декоративный блеск во времена Екатерины Великой и Елизаветы (XVIII) и восхитительный конгломерат искусства в период Петра Великого. К счастью, большая часть его избежала разрушения и живо говорит за себя" (Н.К. Рерих. "Радость Искусству".
Из лекции, прочитанной в Калифорнийском университете 19 сентября 1921 г.)
"Следующее особо значимое обстоятельство не следует упускать из виду: в России всегда радушно принимали, принимают и будут принимать каждого иностранца. <...>
С древнейших времен в России повелось так. Святой князь Владимир приглашал к себе византийских художников. Князь Андрей зазывал аланских мастеров. Московские цари принимали итальянцев. Петр Великий - голландцев. Екатерина Великая приглашала многих французских живописцев. А впоследствии, уже в царствовании Александра Первого и Николая, мы видим много немецких, французских и итальянских художников. И никогда никому из иностранных художников не препятствовали. И в высоком творческом взаимодействии стили их ассимилировались" (Н.К. Рерих. "Шовинизм". 1923 г.).
"В самом конце XVII века Сергиева Обитель еще раз спасла Россию от новой великой смуты, сохранив жизнь будущего преобразователя России - Петра Великого.
В сентябре 1682 года цари Иоанн и Петр и сестра их София, спасаясь от мятежного князя Хованского и его стрельцов, укрылись в Троицком монастыре. Тем временем были посланы воззвания во многие города к ратным людям с призывом идти под Москву на защиту царской семьи. В Троицком монастыре собрались тысячи верных воинов. Князь Хованский был схвачен и казнен, после чего мятежники изъявили покорность. Через семь лет, в ночь на 8 августа 1689 года царь Петр Алексеевич, спасаясь на этот раз от злоумышления на его жизнь со стороны царевны Софии и стрельцов, прискакал из подмосковного села Преображенского в Троицкую Обитель искать помощи и защиты. Два месяца пробыл царь Петр в стенах Троицкой Обители. Снова собирались войска, верные царю, и мятежники снова должны были покориться, и порядок государственный был восстановлен.
Троицкая Обитель, постоянно являвшаяся оплотом против врагов Государства, также нередко предоставляла свою казну в распоряжение Государево. Так, наибольшие суммы были отпущены Троицкой казной во время царствование Петра на корабельное строение, на ратных людей и другие государственные нужды" (Е.И. Рерих. Преподобный Сергий Радонежский. 1934 г.).
"Именно нужно поспешать в строительстве и в бережности. Из древности мы имеем много примеров трагических опозданий. Пока будем думать о ратификации Пакта сохранения культурных ценностей, вандалы, да еще пьяные, будут действовать со всею стремительностью. Пусть не повторяются трагические сказания о смерти великого поэта Фирдоуси. Незадолго до кончины поэта султан Махмуд поразился прекрасным стихом из Шах-наме и узнал, что стих взят из посвященной ему же книги знаменитого Фирдоуси, который находится в бедности. Султан распорядился послать Фирдоуси караван богатейших даров, но когда султанские сокровища входили в одни ворота, то из других городских ворот выносили тело Фирдоуси. Старая легенда напоминает нам о потрясающем опоздании. Если дело нашего Пакта будет так долго задерживаться и толкаться по разным канцеляриям, то как бы за это время не произошло и еще несколько обидных непоправимых опозданий. Петр Великий говорил: "Промедление смерти подобно", и все, понимающие значение культурных сокровищ, не могут отговариваться тем, что это дело не спешное" (Н.К. Рерих. "Пьяные вандалы". 13 января 1935 г.)
"Промедление смерти подобно".
Так сказал Петр Великий. Что же в этом нового? Почему это изречение так часто поминается? Разве этого никто не знал раньше? Нового ничего нет в этом речении. Тем не менее, оно и поминается, и будет поминаться. Оно должно быть написано надо всеми государственными и общественными учреждениями. Оно должно быть на первой странице школьных учебников.
Дело не в том, что сказано нечто абсолютно новое. Вообще не есть ли новое лишь во времени и по обстоятельствам? Но в том дело, что сказано это и в такой повелительной форме, что должно быть во всех делах человеческих. Это не есть повторение, ибо форма сказанного, вероятно, вполне оригинальна в своей краткости и убедительности. Просто сказано то, что нужно, что нужно всем, нужно для каждого дня. <...>
Речение Петра Великого, действительно, и уместное, и великое речение. Стоит вспомнить его собственную жизнь и работу неустанную, чтобы понять, сколько вожжей правитель умел держать в своих руках одновременно" (Н.К. Рерих. "Промедление". 9 мая 1935 г.)
"Во многих местах следовало бы вывесить на самом видном месте изречение Петра Великого: “Потеря времени - смерти подобна”. Да, человечество утратило наибольшую ценность своего “человеческого” существования, именно дисциплину, что уявилось следствием утраты уважения к авторитету. Много пагубных следствий породила утрата уважения к авторитету; одно из наиболее вредных — это отсутствие соизмеримости, оно приносит духовное вырождение и разложение сознания" (Е.И. Рерих. Письмо американским сотрудникам. 4 мая 1944 г.).
"Все время слышим о чем-то опоздавшем, пропавшем. “Замедление - смерти подобно” - этот завет Петра звучит как глас трубный" (Н.К. Рерих. Письмо американским сотрудникам 1 мая 1946 г.)
просмотров: 1249